Чеченской агрессии противостоят сельсоветы

10 ноября 2018 - Муртуз Гасангаджиев
article1268.jpg

Вот уже скоро 20 лет после событий августа 99 года. За это время в СМИ появились  сотни и тысячи публикаций, написаны десятки книг, посвященных этой теме. Их главной особенностью становится то, что пишут их в основном, люди, имевшие весьма отдаленное отношение  к тем событиям, а также лживость и чаще всего извращенное  преподношение фактов. 

Чтобы «освежить» память таких «послевоенных ополченцев», предлагаю статью, опубликованную в «Комсомольской правде» 13 августа 1999 года спецкором газеты С.Герасименко, который в те дни был в Ботлихе и принимал самое активное участие в освещении тех событий.

***

БОТЛИХ

Несколько десятков домов на склоне, где крыша одного служит двором другому. Узкая кривая улица выводит к каменной лестнице. Вдоль портала налево - центральная площадь, почта и телеграф - единственные достопримечательности высокогорного дагестанского села Ботлих…

...Работает один единственный магазин, хлеб женщины бесплатно пекут в местной пекарне. Купить топливо невозможно - бензин распределяется штабом обороны Ботлих под контролем федералов.

Ощущение тупой прифронтовой обреченности не покидает даже с наступлением ночи. Со стороны аэродрома, где прочно окопались федералы, изредка и грустно взыхает одинокая гаубица. Низко подвывает ей в невидимом ночном небе штурмовик СУ-25, бьющий по чеченским позициям своим высокоточным оружием. Со стороны гор, где малыми медведицами в темноте аулы, трещит не прекращаясь ни на час, перестрелка, да и в самом Ботлихе нет-нет да и шмякнется о кирпич шальная на излете пуля.
Вдоль единственной приличной грунтовки, соединившей столицу с горным Дагестаном, постоянно толпится разношерстный народ: старики с охотничьими ружьями, подрости со снайперскими винтовками наперевес, раритетными дедовскими кинжалами и наганами революционной поры.

- Выдайте нам оружие! - кричат они вслед проезжающим военным машинам. - Мы сами будем защищать свой дом!   

 

КАК ЭТО БЫЛО

7 августа в 4 утра незванные гости уже занимали первое дагестанское село Ансалта. Шли через лес группами по 12-15 человек, не встречая никакого сопротивления. Проснувшись в половине шестого на утреннюю молитву, ансалтинцы увидели боевиков, засевших на крышах домов, перекрестках улиц и во дворах. В 10 боевики, не встречая никакого сопротивления, были в ауле Рахата.

- Ничего мы вам не сделаем, - вещали они на улицах. - Хотите - оставайтесь, хотите - уезжайте, спокойно увозите золото, деньги...

К предводителю чеченцев отправилась делегация представителей Ботлихской сельской администрации и местного духовенства.

- Мы воины Аллаха, - передал без лишних реверансов Басаев. - Пришли на свою землю и будем утверждать исламскую республику.

В тот же день в Ботлихе был организован штаб обороны, 11 человек, который возглавил директор местной школы М.Магомедгаджиев.

- Поначалу выяснили и зарегистрировали, у кого есть оружие, - говорит начальник штаба.

- В основном, конечно, охотничьи ружья, у кого-то автоматы Калашникова... Российские военные нас, конечно, успокаивали, много обещали, но веры им у нас нет. Мы решили обороняться сами.

К 8 августа были заняты Шодрода, Зибирхали и Тандо - одно из самых высоких селений в районе. Через Ботлих потянулись в Махачкалу тысячи беженцев: в первый день их было 2,5 тысячи, на сегодня цифра беженцев дотягивает до 6 тысяч. от них мы узнали, что чеченцы ведут себя необычайно кротко. Басаев объявил, что, если кто из боевиков обидит местных жителей, тут же будет предан шариатскому суду.

Беженцы рассказывают, что для переправки в тыл раненного чеченцы купили у старика ишака. Перепуганный дед был готов отдать ослоухого бесплатно, но те буквально всучили ему 5 тысяч рублей, когда красная цена не более тысячи. Завоёвывать доверие бандиты пытаются уж совсем невиданным способом. Утром и вечером на улицах в занятых селениях можно наблюдать, как с оружием наперевес они, еще два года назад резавшие русских солдатам головы, выгоняют на выпас скот убежавших жителей…

Единственный конфуз у добрых чеченцев вышел в Шодроде (селение), где пожилой школьный учитель Абдула Хамидов, старый убежденный коммунист, всадил боевику в колено заряд из мелкокалиберной винтовки, а затем с партийным билетом в руках вышел к противнику. Поначалу военно-полевой шариатский суд приговорил старика к сорока палкам, но затем решил, что разумнее будет отправить его для расправы в Ведено.


БЕЗОРУЖНЫХ ПРОСИМ НЕ БЕСПОКОИТЬСЯ!

Несколько дней дагестанское телевидение на всю республику показывал стучавшего по столу председателя Госсовета Магомедали Магомедова. Лидер призывал вооружать народ, отправлять в Ботлих оружие. Этого оружия на центральной площади села добровольцы ждут седьмой день! Ждут и плюются в сторону Махачкалы.

- Из центра постоянно прибывают начальственные гости. В общей сложности их приехало человек 300, но с собой кроме слов, они ничего не привозят. О, если бы у нас было хотя бы 300 автоматов, - заламывают руки в штабе, - ни один чеченец сюда бы просто не сунулся.

Ну а что федералы? За всю семидневную историю оккупации Дагестана не был усилен ни один поселковый милицейский пункт, не выставлена ни одна засада, не оборудован ни один укрепрайон, хотя было ясно как Аллахов день, что двумя селами Басаев (всего у него в подчинении 9 тысяч боевиков) не отделается. На подходах к селениям Гагатли и Анди стоит брат Шамиля Ширвани. И там тоже не слышно рева окопных машин и зычного офицерского мата.

Несмотря на все заверения самого высокого военного начальства в том, что в горный Дагестан стягиваются резервы, во время позавчерашней обороны села Годобери сводный милицейский отряд из сорока человек, противостоящий 300 боевикам, более часа вымаливал по радио резервы.

- Подкрепление! – шипел голос станции.

- Ребята, держитесь! – отвечали на том конце.

Видимо, не выдержав радист (жив он или погиб пока не установлено) выматерился:

- За что держаться? За хер, что ли?!

Печальный итог этого боя известен. Так же, как известно, где были федеральные танки и вертолеты: охраняли, окопавшись, сами себя. Единственное, на что хватило российских военных, - разбросать на подступах к занятым селам мины. Их здесь зовут бабочками или лягушками – опасность они представляют для обычных мирных жителей, чеченцы же их просто расстреливают из автомата или забрасывают придорожными камнями.

Люди в Ботлихе свято убеждены, что последние российские бомбежки и артобстрелы – не более чем прикрытие и дорогая декорация.

- Российские бомбы не достигают цели, говорит бывший глава администрации села Далгат Дибиров.

Жители из оккупированных сел рассказывали, что боевики во время артналетов и авиаударов уговаривали их подходить как можно ближе к своим позициям – бомбы чудным образом к ним не долетают. Люди убеждены: это политкоммерческая война. Скоро выборы в Думу, президентская гонка… Используя такую ситуацию в Дагестане, президент вполне может ввести в стране чрезвычайное положение. Переубедить людей могут не слова – решительные действия.

Сегодня в Ботлихе происходит то, что называется системой самоуправления в действии. Радуйтесь, господа министры и генералы! Наконец народ и армия едины настолько, что вооруженной агрессии на территории Российской Федерации у вас противостоят сельские советы! А в том, мы имеем дело с вооруженной агрессией, сомневаться не приходится. Мовлади Удугов уже объявил себя министром информации Дагестана, а Шамиль Басаев – ни много ни мало судьей шариатского суда от всего Северного Кавказа. Подобный бред они периодически несут по чеченским телеканалам.

***

На удобной тактической высотке, недалеко от Ботлиха, в землю врастает укрепрайон. По всем правилам военной науки командир милицейской спецроты Муртуз Гусейнов расставляет на позиции вооруженных добровольцев. Рассказывает, что, когда милиционерам давали прямые указания оставлять села, бросая на месте все снаряжение и оружие, ослушался приказа разве что отряд Гусейнова.

Село Зибирхали, где располагался милицейский пост, боевики окружили. Двое суток без пищи, неся на себе все военное имущество (оставили на месте только матрасы), милиционеры выходили из окружения. По закону подлости, именно по этим людям нанес печально известный ошибочный удар российский штурмовик. Самого Гусейнова ударной волной с головой зарыло в землю, и вот уже несколько суток после контузии офицер не может заснуть.

- В селе Гигатли женщины сказали, что, когда чеченцы перебьют всех мужчин, они сами возьмут в руки оружие, - говорит Муртуз, собственноручно вырывая окоп. – Но я пока еще жив.

 

Сергей ГЕРАСИМЕНКО (спец. корр. «газеты «Комсомольская правда»)

Ботлих


Рейтинг: 0 Голосов: 0 919 просмотров

Нет комментариев. Ваш будет первым!