Счастливы, познавшие любовь

10 февраля 2019 - Магомед Абдулхабиров
article1291.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Казалось, что Любовь исчерпана и осталось лишь сожительство. Возрастают не только разводы, но и число мужчин, выходящие замуж за мужчин. Извращенцы воинственно торжествуют с флагами и голыми шествуют по проспектам столиц мира. Утрачиваются традиции, нивелируются каноны, теряется рыцарство и мужчине труднее быть мужчиной, а женщине влюбленной и возлюбленной, обожаемой и желанной. Исчезают восхищения, восторги, вознесения, вздохи и стихи божественной любви. Пошлостью насыщается общество. Происходит измельчение нравственных основ бытия. Моральные апостолы остались в истории и музеях. Целомудрие и стеснительность перестали быть почитаемыми параметрами. Обнажаются не только перед супругом, но и перед всей страной. Ничего не сделаешь, ибо у каждого времени свои нравы.

Однако, помнить бы, что: «Величайшая трагедия жизни состоит не в том, что люди гибнут, а в том, что они перестают любить» (Уильям Самерест МОЭМ, Великобритания).

И гибнут от зла, а не от любви!

Но оказалось, что Земля хранит память и среди теряемого и потерянного, не забыты, не уничтожены, не исчезли и не ушли из нашего мира наследники Лейли и Меджнуна, Петрарки и Лауры, Марии и Аристотеля, Вивена и Лоуренса, Тристана и Изольды… Замечательно, что не всё потеряно, не все очерствели и не все измельчились.

Склоняю голову и обнажаю сердце перед влюбленными!


НЕ ТОЛЬКО ЛЮБОВЬ

«... Было это в Ленинграде, когда готовили постановку моей оперы «Горцы». На стене Малого оперного театра я увидел портрет необычайно красивой актрисы. Попытался достать фотографию, но удалось оторвать лишь кусочек, и осталась на галерее театра фотография актрисы с оторванным краем», - рассказывает выдающийся композитор современности, дважды лауреат Государственных премий РФ, народный артист России, автор Государственного гимна Республики Дагестана Ширвани Чалаев. 

«В тот вечер в театре шла лучшая опера талантливого композитора Родиона Шедрина «Не только любовь». И когда услышал пение певицы, я буквально «ошалел» от чарующего голоса неизвестной мне певицы. Оказывается, композитор Родион Константинович одной ей передал все женские партии оперы «Не только любовь». Видимо, уникальность голоса певицы побудило выдающегося композитора на такое решение. Она одна пела разными голосами за всех героинь! В оперной истории чрезвычайно редкие случи, чтобы одна актриса исполняла бы все роли! Ни до этого, ни после я никогда я не слышал, красивее её голоса! Это был огромного диапазона голос. Было ощущение, что ее голос не имеет границ. 

На мой вопрос : «- Кто такая это певица?», главный режиссер театра Пасынков Эмиль Евгеньевич, ответил: «- Что втюрился? Не скажу кто она. Только знай, что она не замужем». Почувствовал, что и он сам был не равнодушен к ней. В тот раз мне не было суждено познакомится с ней - оперной дивой.

Позже, после постановки в Малом оперном театре Ленинграда моей оперы «Горцы», при прощании с коллективом театра, я пригласил их приехать в Дагестан.

И забыл я об этом. Жил своей жизнью, а она была насыщенной, ибо в те годы я был молод, работал деканом музыкального факультета Дагестанского государственного педагогического института, и о той актрисе из Ленинграда не вспоминал.

В один из дней с бочонками чудного вина из Мамедкала я и мои односельчане возвращались в Махачкала. И в районе Манаса мой брат Алил говорит мне: «- Твои приехали». «- Кто и где? Спустились на берег Каспия, и вижу среди артистов Ленинградского малого оперного театра ту самую певицу, чью фотографию я хотел утащить год назад. Мы приветствовали их и стали угощать вином.

Лунный вечер. Морская гладь. Тихий вечер. Фантастика. Та певица села рядом со мной. Оказалось, что её зовут Нина Григоренко. Все стали петь. Пела и она. Спел и я тоже. И вдруг Нина привстала, при всех поцеловала меня и стала расспрашивать. «- Боже мой, Ширвани, как прекрасно ты поешь! Я в восхищении! Где научился петь?».

От переполненности чувств после такого яркого вечера я пошёл к морю и прилёг на берегу так, что голову ласкали тихие волны Каспия. Когда брат мой и Нина нашли меня в таком положении, то Нина собралась подойти. И тогда брат Алил говорит: «- Нына! Не не беспакой Ширвани; он слюшает море!». На следующий день они выступили по Дагестанскому радио, и уехали. 

Позже Нина сказала, что она была тогда в слезах от того, что, как ей показалось, я повел себя к ней отчужденно.

09 ВАС СЛУШАЕТ.

Прошёл ещё год, и я поехал в Ленинград. Из гостиницы звоню по телефону «09» . Был такой хороший номер в Советском Союзе, по которому можно было получить практически любую информацию.

«- Пожалуйста, помогите мне отыскать оперную певицу из Ленинградского малого оперного театра. Зовут её Нина. Фамилию не знаю. Я познакомился с ней на фронте....».

Через 12 минут ( !!!) из справочной службы «09» звонок.

«- Ну, что молодой человек. Никакой Вы не фронтовик, а просто влюбились в нашу красивую певицу! Запишите. Зовут Вашу возлюбленную Ниной Александровной Григоренко. Её телефон… Счастье и любви Вам! Не забудьте пригласить на свадьбу!».

Звоню по её домашнему адресу. Тогда ещё не были мобильных телефонов. Поднимает трубку её мама - Татьяна Евгеньевна. Она была фантастически доброй женщиной. А отчим - Капитон Андреевич Никитин руководил плодоовощной базой Ленинградского обкома КПСС. За всё годы работы Капитон Андреевич принёс лишь один раз один кочан капусты домой. Были и такие люди!

На звонок Татьяна Евгеньевна ответила мягко и сказала, что «Нинок сегодня в театре, играет «Кармен». Заканчивает поздно. Звоните позже». 

Около 12 часов ночи. Звоню. Подошла сама Нина.

- Алло, Нина! Это Ширвани.
- Это ты, Ширвани?! Откуда?
- Звоню из гостиницы. (Пауза). Нина! Ты смогла бы придти в гостиницу?

- Поздно же (Пауза). Вот сниму грим и приду…».

САМЫЙ СЧАСТЛИВЫЙ ВЕЧЕР В ЖИЗНИ

Заказал ужин на двоих в номер. И мы беседовали. Поймал себя на мысли, что мы так и не дотронулись до еды. При этом я не сделал попытки даже рукой дотронуться до неё. Позже Нина призналась, что за занавеской сразу же увидела кровать и думала, что начнет он приставать, ибо была наслышана о том какими нахально приставучими к женщинам бывают кавказцы. Однако, не все кавказцы потеряли благородство и честь в этой жизни!

В тот вечер я говорил о многом, но, больше всего о матери и отце. А было что рассказать.

Вспоминаю, как спросил однажды маму о том, что «встречалась ли она с отцом до свадьбы?». И рассказала мама. «Ширвани, сын мой! Моя старшая сестра была невесткой твоего отца, но мать нашей матери (бабушка) выдала её за другого человека из нашего рода, чтобы осиротевшие после смерти матери дети не оказалась на попечении недобросердечной мачехи. Отец твой не мог этого простить и преследовал бывшую невестку, и пришлось в течение трёх лет, охраняя сопровождать её всякий раз, когда она выходила из дома. И тогда сказали старейшины отцу твоему : «-Что ты всё бесишься? Угомонись! У них же есть ещё вторая, младшая сестра. Пойди в хутор и познакомься..». И отец последовал совету, пришёл в хутор. Меня предупредили, что он может придти. Я была наслышана об его горячности. Боялась. Я молча положила ему скромную еду, а ел он, как я успела заметить, неторопливо, с достоинством и даже маленькие крошки хлеба со стула собрал в ладонь и поел. Это мне очень понравилось. И никакой беседы. Уходя он шутливо спросил: «-Ну, что? Пойти телят пасти?». Я поняла его намек и ответила: «- Поступай, как считаешь нужным!». Вот и все наши досвадебные разговоры! (При этом Ширвани мудро подметил, что многие много говорят до женитьбы и возникает пустота после женитьбы.)

И ещё вспоминаю я с гордостью, восхищением и огромным душевным волнением слова матери: «Ширвани, сын мой! Если бы твой отец с киркой в руках ломал бы наш дом, то и тогда я не спросила бы его: «зачем это он делает», а помогала бы ему ни о чём другом не думая. Столь великой было мое доверие и любовь к нему!». (Ширвани вспоминает, что за всю жизнь он не видел маму спящей, когда отца не было дома. Спросил однажды он у мамы и об этом: «- Я не могла бы заснуть, не зная где он и как он». Только после его смерти я увидел маму спокойно спящей. И отец говорил, что он ни разу не застал маму спящей. Затем сказала мама (глаза Ширвани увлажняются и оттенок голоса меняется): «Ширвани! Теперь я знаю где он; могу в любое время пойти к нему и поговорить с ним. Потому сплю спокойно. Ты похорони меня рядом с отцом. (Далее мы долго замолчали).

 «Магомед! Об этом я говорил с Ниной в тот вечер. За беседой наступило утро, я заказал такси, и Нина уехала домой. Одет был я в тот вечер в рубашку с красным горошком. Нина попросила эту рубашку и дома она часто любила ходит в этой рубашке в память о нашей той встрече. Позже Нина сказала, что «это был самый счастливый вечер в её жизни!».

А когда я рассказал о взаимоотношениях отца и матери, то гениальная наша поэт Миясат Муслимова прислала мне стихотворение, где есть и такие проникновенные слова:

 …Любовь в горах не знала многих слов
 Была ли она от того другою?
 Любовь не знала, что она любовь
 Когда отец твой встретился со мною… 

«Нина, ведь, из очень древнего и даровитого рода. У неё мощная корневая система. Дед её - Евгений был генерал-губернатором Полтавской губернии. Его жена – Ольга Николаевна была одаренной оперной певицей, училась в Италии. Однако муж потребовал, чтобы «она предпочла семью, нежели жизнь оперной певицы». Были ещё два его брата. Оба генералы. Один из них- создатель легендарной ракетной системы «Катюша». Другой генерал после эмиграции возглавлял российскую эмиграцию в Солониках (Греция).

После революции мама Нины сменила фамилию на фамилию мужа - Александра Григоренко, Был он жизнерадостным человеком, балагуром, пел, обладал красивым голосом. И Нина не смогла бы смогла поступить в Ленинградскую консерваторию с фамилией царского генерала. Родилась она в Майкопе.

(Расширить бы о родословии Нины. Кто из её (Борис) предков вошёл в Париж с армией российской. Как-то об этом говорил Ширвани).

…Когда Нина сказала дома о том, что выходит замуж за Ширвани, то добрая и милая мама её категорически восстала против того, чтобы дочка вышла замуж за дагестанца. А причина этому у неё был более, чем весомой. Оказалось, что тётя Нины (сестра матеры) была сказочной красавицей, вышла замуж за кавказца, а он страдал манией ревности, и на этой почве без всякого на то повода топором изрубил жену.

Татьяна Евгеньевна пришла в ужас от того, что и дочка её тоже собирается выходить за дагестанца и была категорически против нашего союза. Нина стала убеждать маму, говорить обо мне, хвалить: «Ширвани- композитор, цивилизованный человек, а не убийца». В общем, сумела уговорить.

После ухода из Ленинградского театра Нина поехала со мной в Дагестан. Устроили её в Дагестанскую филармонию. Мы стали вместе ездить с концертами по городам Советского Союза. Если бы союз не со мной, то, возможно Нину пригласили бы в Большой театр. Она, ведь, выступала и в Московском театре Станиславского.

Так началась наша жизнь, продлившая в течение ??? лет, наполненная творчеством, счастьем и глубоким пониманием друг друга.


ВЫ ТОЖЕ ИЗ ДАГЕСТАНА?

Сердце ранит воспоминания. В советское время Грузинская студия звукозаписи записывали наиболее значительные произведения. Поехали мы с Ниной по довольной опасной и долгой Военно-Грузинской дороге в Тбилиси, зашли в студию, хотя уже было поздно. Представились. Нам предстояла записать мою музыку на великие стихи незабвенного поэта Батырая. Решили попробовать. Я играл, а Нина исполняла.
 ...Да не встретится любовь
 Там, где быть ей не дано,
 Ибо жалости в любви нет
 Как в пасмурных лесах
 Жалости у волка нет
 К уворованной овце.. (Батырай в переводе Эффенди Капиева).

Мы спросили директора студии о времени повторной окончательной записи завтра. «-Не надо больше записывать. Всё очень хорошо. Я уже записал». А затем стал расспрашивать нас: «Неужели Вы из Дагестана?», «Вы не из Москвы?». Ему было трудно поверить столь высокий уровень исполнительского мастерства композитора и певицы из Дагестана. А, обращаясь к Нине, он делал особый акцент : «Неужели Вы тоже из Дагестана? Завидую дагестанцам!».


НЕ ПОВЕРИЛ БЫ НИКОГДА

Многое храню в памяти из нашей совместной счастливой жизни. Однажды я звонил из Минеральных вод Нине о том, что вылетаю в 14 часов и, прося её ждать меня перед оперным театром у памятника Пушкину. Однако без объяснения причин отложили отлет на три часа. Звонить более я не мог, а послать срочную телеграмму не догадался, полагая, что успею. По прилету в аэропорт я нанял такси и просил водителя ехать быстрее, объясняя ситуацию. Водитель не поверил и мы договорились о том, что если Нина ждёт, то он меня везёт бесплатно, а если не ждёт, что я плачу ему в двойном размере. Приехали в город. Не вижу у памятника Пушкину Нину. Водитель ехидничает: «Ну, где же твоя Дездемона?». Просил его подождать, вышел из такси и пошел пешком. Было это в ноябре, уже темно и холодно. Вижу темный силуэт на скамейке невдалеке. Подхожу. Нина уткнула головой в шубу и спит. Дотронулся. Она вскакивает и извиняется, что заснула. Вероятно, вспомнила мой рассказ о матери, которая никогда не ложилась спать до прихода отца.

Вместе с ней сели в такси. А он без усстали раз повторяет. «Да, ёлки-палки! Такое не бывает. Не поверил бы никогда и никому, если бы сам не стал свидетелем мифологической любви и преданности!». Мы пригласили водителя пойти с нами домой. Проводил водителя до машины, и я заплатил водителю даже больше, чем обещал. Он отказывался, но я был настырнее, а он преставал восхищаться, а при прощании со мной даже более крепко, по-русски выразил свое удивление.


ПОХОРОНЫ МЕНЯ НА ТВОЕЙ РОДИНЕ

Ещё вспоминаю. Мы ехали в Кисловодск на концерт. Нина отдыхала на второй полке, и при торможении упала с полки и ударилась грудью. Долго болела, а через некоторое время у неё диагностировали опухоль. Оперировали. Проводили химиотерапию. Улучшение временное. Лечилась, но увы... Она сильно страдала от болей. Однажды ночью я проснулся от шороха и вижу: Нина в кухни с уксусом в руках, решилась избавиться от изнурительных болей.

 «Ширвани, родной! Чувствую, что сердце оставляет меня. Мне труднее и труднее с каждым днём. Повези меня в Дагестан и похорони меня на твоей родине. Хочу быть и в той жизни быть с тобой…». (Долгое молчание!).

На следующий день мы полетели в Дагестан. Вскоре её не стало. И хоронили мы её в Махачкалинском кладбище в присутствии многих моих родственников и друзей.

Миясат Муслимова описала похороны в фейсбуке. «Собрались более 70 друзей, родственников Ширвани. И после похорон он поблагодарил всех и сказал:«Не думайте, что певцы поют тогда, когда им хорошо и празднично. Они поют и тогда, когда сердце разрывается от боли. Простите меня, я сейчас пою!». Женщины плакали, а мужчины слушали, склонив голову».

Сестра моя ухаживает за могилой незабвенной Нины…».


КАЖДЫЙ БОЖИЙ ДЕНЬ ПОМНЮ ТЕБЯ.

- Дорогой Ширвани! Что бы ты сегодня сказал, обращаясь к Нине?

- Моя незабвенная! Каждый божий день помню тебя, люблю и благодарно берегу память о тебе. Поскольку быть одиноким в моем возрасте нелегко, я связал свою жизнь с певицей Ириной Нарской, которую ты знала по опере «Кровавая свадьба» в камерном театре… И она безумно любит твой голос, восхищается пением и тоже считает, что нет в мире красивее контральто. И ты никуда не ушла из нашей квартиры. Ничего не переместили в нашей квартире. Твой порядок сохранился. Ты смотришь на нас из своих красивых портретов… Ты всегда со мной, с нами, любимая и незабвенная! На свете нет зрелища прекрасного , чем лицо любимой, и нет музыки слаще, чем звук любимого голоса». (Жан де Лабрюйер, Франция).

Да, не исчезнет на Земле Любовь!Она - настоящая любовь всегда выше национальности религиозности, политики и благосостояния.

Летом, во время отпуска, намерен посетить могилу незабвенной Нины, которую и я знал и слушал. Она была соткана из Благородства!

Счастливы, познавшие любовь!


11 декабря 2018 г.

Доктор Магомед Абдулхабиров, 89035773525, abdulkhabirov@yandex.ru

Рейтинг: +1 Голосов: 1 447 просмотров

Нет комментариев. Ваш будет первым!